Решив возродить мюзикл к 20-летию, Мардж превратила Спрингфилд в импровизированную театральную студию. Она кардинально переписала сценарий, добавив новые, абсурдные песни вроде «Буги-вуги с багами» и «Дискотека апокалипсиса», и уговорила горожан участвовать. Гомер получил роль «танцующего метеорита», Лиза стала голосом разума в костюме «цифровой феи», а Барт — бунтарём-хакером, который должен был взламывать декорации. Репетиции, как всегда в Спрингфилде, сопровождались хаосом: Фландерс пытался вставить в сюжет библейские отсылки, а Мо требовал, чтобы его роль злодея-робота включала прожектор и дымовую завесу.
Однако ностальгический триумф Мардж был разрушен приездом её школьной соперницы — Саши Рид. Саша, которая когда-то играла главную роль в оригинальном мюзикле, стала успешной бродвейской дивой. Приехав в город с шоу-программой «Я — Миллениум!», она предложила Мардж свою «помощь», которая немедленно обернулась диктатурой: Саша переписала финал на свой лад («Гибель цивилизации под мой триумфальный сингл!»), переманила хор на свою сторону и даже уговорила Скиннера заменить имя Мардж на афишах.
Мардж, обнаружив, что её «звёздный момент» в школе был лишь мифом (архивные записи показали, что Саша всегда доминировала, а её роль ограничивалась закулисными спорами), впала в отчаяние. Но Лиза напомнила ей: «Настоящее шоу — не на сцене, а в сердцах тех, кто верит в тебя». В финале Мардж устроила импровизацию: её мюзикл превратился в стихийную, искреннюю пародию на амбиции Саши, где Гомер в костюме «робота-Y2K» случайно запустил фейерверки, осветившие всё небо над Спрингфилдом. Победа Мардж заключалась не в признании критиков, а в восторге семьи и города от спонтанного, хаотичного веселья.